Для борьбы с политическими оппонентами власти Беларуси решили начать применять крайнюю меру – 18 мая Александр Лукашенко подписал закон о поправках в Уголовный кодекс, которые расширяют сферу применения смертной казни. Теперь она может быть назначена за покушение на совершение преступлений террористической направленности, хотя прошлая редакция кодекса исключала использование высшей меры за «приготовление и покушение». Поправки вступят в силу с 29 мая 2022 года.
В последнее время в Беларуси довольно много лиц проходят обвиняемыми по делам, связанным с терроризмом, – от «рельсовых партизан», до политиков Светланы Тихановской и Павла Латушко. Белорусские юристы объясняют, кого именно могут затронуть «расстрельные поправки» и в чем настоящая цель их принятия.
Кого в Беларуси обвиняют в покушении на теракт
После президентских выборов в Беларуси в августе 2020 года и последовавших за ними массовых протестов, обвинения в терроризме стали одним из способом борьбы белорусских властей со своими оппонентами. Так, в марте 2021 года в стране задержали Вячеслава Малейчука, который, по мнению госорганов, готовился подорвать два самодельных взрывных устройства – его обвинили в покушении на теракт, но конкретная статья не сообщалась.
По части 1 статьи 14, часть 3 статьи 289 УК (покушение на теракт) проходят задержанные в декабре 2021 года пятеро минчан (их имена власти Беларуси не называли – Ред.), которые якобы бросили коктейль Молотова в здание милиции. По еще одному делу о покушении на теракт проходит задержанная в сентябре 2021 года по делу «Отрядов гражданской самообороны» Наталья Матвеева – по версии силовиков, она собиралась поджечь лесозаготовительную технику в березинском лесхозе.
Акт терроризма или подготовку к нему вменяют обвиняемым в диверсиях на железной дороге, так называемым «рельсовым партизанам», которые своими действиями пытались сорвать наступление России на Украину. Кроме того, КГБ Беларуси ведет «список лиц, причастных к терроризму», в который с 2020 года внес 46 граждан Беларуси – среди них политики Светлана Тихановская и Павел Латушко, блогеры Антон Мотолько и Степан Путило и другие. Против всех белорусов из «списка террористов» возбуждено уголовное дело о покушении на теракт (часть 1 статьи 14, часть 3 статьи 289 УК).
Также возможность применения смертной казни в свете новых поправок часто упоминают в контексте дела оппозиционера Николая Автуховича, суд над которым прямо сейчас проходит в гродненской тюрьме. Среди 12 статей его обвинения фигурирует и «акт терроризма» (часть 3 статьи 289 УК) без упоминания покушения, впрочем, эта статья и до поправок имела санкцию в виде смертной казни.
Закон обратной силы не имеет, но…
Как рассказали белорусские юристы, если говорить исключительно с точки зрения буквы закона, то никому из вышеперечисленных обвиняемых в покушении на акт терроризма «расстрельная поправка» грозить не может. Они ссылаются на статью 9 Уголовного кодекса Беларуси, которая гласит, что «закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение лица, совершившего это деяние, обратной силы не имеет» – это базовый принцип уголовного права.
«В уголовном праве есть незыблемые правила: обвиняемого осуждают в соответствии с тем уголовным законом, который действовал на момент совершения преступления, при этом ухудшающий положение обвиняемого закон обратной силы не имеет. Пока, к счастью, это правило сохраняет действие», – объясняет бывший белорусский адвокат Михаил Боднарчук. По его словам, именно за покушение на тот или иной акт терроризма гипотетически приговорить гражданина к смертной казни можно лишь в том случае, если это покушение будет совершено после вступления закона в силу. В случае с «расстрельными поправками» – после 29 мая 2022 года.
Вместе с тем, ответственный по правовым вопросам в НАУ юрист Михаил Кирилюк отмечает, что в случае с Беларусью сейчас невозможно анализировать текст нормативного правового акта без учета правоприменительной практики. Он напоминает, что в стране судили людей за экстремистские материалы или фотографии, которые были сделаны задолго до того, как это было криминализировано, и юридические тонкости власти не остановили.
«Беларусь на третьем месте с конца по уровню соблюдения правительством законов, согласно рейтингу World Justice Project. Поэтому, хотя юридически новые поправки могут применяться только к деяниям, совершенным после их вступления в силу, в стране с таким уровнем применения права вряд ли кто-то будет думать о нюансах», – говорит Кирилюк.
«Расстрельные поправки» потенциально могут коснуться любого белоруса
Белорусские юристы также считают, что новые поправки не имеют ничего общего с реальной борьбой с терактами, а связаны исключительно с попыткой устрашения политических противников. Кроме того, сам факт расширения сферы применения смертной казни ими оценивается негативно. «С учетом того, что смертная казнь в принципе неприемлема для цивилизованных стран, эти изменения в УК крайне негативны, они создают условия для смертной казни даже за те действия, которые не принесли фактических тяжелых последствий», – говорит юрист Боднарчук.
Говоря о политическом характере нововведения, Михаил Кирилюк отмечает, что новые поправки свидетельствуют о том, что власти Беларуси не считают, что предыдущими активными репрессиями достигли своей цели запугивания и сведения на нет оппозиционной активности. «Все равно есть политическая активность, есть значительная часть общества, которая против власти. Соответственно, они решили поднять градус запугивания и угрожают уже смертью. Чтобы каждый потенциальный противник власти думал, что его могут убить, расстрелять, и все будет якобы в рамках новых законов», – говорит юрист.
По его мнению, «расстрельные поправки» могут коснуться не столько уже задержанных и обвиняемых лиц, сколько всех белорусов. Кирилюк поясняет, что сфальсифицировать покушение на акт терроризма для властей будет значительно проще, чем фальсифицировать реальный теракт – достаточно задержать человека, показать на камеру взрывное устройство и под пытками заставить его признаться в намерении совершить теракт.
«Цель – не «рельсовые партизаны», цель – все мы. Чтобы теперь каждый из нас держал в уме, что сегодня задерживают лишь за экстремизм, а завтра уже будут задерживать за попытку теракта. И в любой ситуации, когда задержанный не идет на содействие со следствием, ему могут легко и расстрельную статью приписать. Этот закон – исключительно инструмент запугивания противников и нужен для того, чтобы послать соответствующий сигнал обществу», – резюмирует Кирилюк.